Элизабет репетировала новый монолог, когда телефон разорвал тишину. Звонила школа, где учился её сын Арман. Голос на том конце звучал сдавленно, без подробностей — просто «срочно приезжайте». Она сорвалась с места, сердце колотилось где-то в горле.
Школа встретила её гулкой пустотой. Коридоры, обычно наполненные смехом, теперь были безмолвны. В классе Армана никого не оказалось — только разбросанные карандаши да приоткрытое окно. Страх сжал её холодными пальцами, но она вдохнула глубже. Нужно было думать.
Оказалось, что дети в безопасности — их увели в спортзал под присмотром. Но напряжение витало в воздухе, густое и липкое. Директор говорила уклончиво, классная руководительница отводила глаза. Элизабет ловила обрывки шёпота среди учителей — что-то о старом конфликте, о деньгах, о репутации школы. Проблему с детьми быстро отодвинули на второй план, будто незначительную помеху. Взрослые дела оказались важнее.
Она поняла: чтобы найти сына и разобраться в этой путанице, придётся копать глубже. Кто-то здесь что-то скрывал, и тишина вокруг была куплена дорогой ценой. Элизабет чувствовала, как старые обиды и зависть сплетаются в тугой узел, угрожая задушить её маленькую семью. Но отступать она не собиралась — правда стоила того, чтобы за неё бороться, даже если придётся развернуть весь этот пазл по кусочкам.
